спустя почти полтора года, Адриан Иванович стоял, не замечая ничего, и, как в тот летний день в Либаве, видел только ее. Ему хотелось подойти к ней, сказать что-нибудь ободряющее, проявить сочувствие, но ноги двумя вековыми стволами намертво приросли к земле. Георгиевский кавалер оробел. Так бы он и не подошел к вдове, если бы не все тот же Дудоров, который в числе прочих присутствовал на похоронах.
Когда скорбная церемония закончилась, Дудоров взялся сопровождать Ольгу Васильевну. Он аккуратно вел ее под локоть, тихо что-то говоря, и как бы невзначай подвел вдову к Непенину.
На того напал столбняк, он не мог вымолвить и слова, и тут Дудоров очень выразительно посмотрел на своего приятеля.
– Добрый день, Ольга Васильевна, господи, какой он добрый, извините, ради бога. Я только хотел выразить соболезнование вам. Это не только ваше, это наше общее горе. Мы все сделаем, чтобы покарать, чтобы жертва не была напрасной, даю слово офицера. Всегда готов помочь вам лично, я сейчас все больше на берегу по службе, здесь, в Ревеле. Располагайте мной, как вам будет угодно. Буду искренне рад оказать содействие в любом вопросе, — сбивчиво говорил Непенин, зачем-то теребя свою бороду.
– Спасибо вам за участие, Адриан Иванович, но я уезжаю к сестре в Гельсингфорс, а потом, скорее всего, останусь жить у родных в Петрограде.
– Да, конечно, сейчас надо быть с близкими, это поможет как-то пережить, — с еще большим волнением сказал Непенин.
– Но вы, если будете в Гельсингфорсе, заходите, буду рада вас видеть. А сейчас, извините, мне надо идти.
– Всенепременно, Ольга Васильевна, ежели будет оказия в Гельсингфорс, зайду, — не сдерживая коварно прорвавшейся улыбки, ответствовал Адриан Иванович.
И снова обстоятельства их встречи, а затем скорый отъезд молодой вдовы делали их отношения, да и просто возможные контакты совсем призрачными. К тому же теперь была война, и начальнику Службы связи стало совсем не до романов.
1914 год. Октябрь. Копенгаген
Лартинг и Барле явились на встречу с Безкровным за полчаса до назначенного времени. Лартинг прошел к заранее заказанному столику в самом дальнем углу и стал осматриваться. Небольшой ресторанный зал был заполнен где-то наполовину. Никаких подозрительных личностей Лартинг не обнаружил. В свою очередь Барле снаружи наблюдал за входом. Наконец, появился молодой человек, подходящий под описание Безкровного. Барле задержался еще на какое-то время. По всей видимости, за русским никто не шел.
Вскоре вся троица была в сборе.
– Добрый вечер, господин Безкровный, — начал встречу Лартинг.
– Здравствуйте, господа, — несколько привставая, сказал молодой офицер.
– Вы еще каблуками щелкните. Сядьте, — цыкнул на него Лартинг. — Для вас я Барон, мой визави Серж Барле. Вы же в разговорах с нами станете представляться как… — осекся Лартинг. — Вы, кстати, по-датски говорите?
– Да, и довольно сносно.
– Наверняка с акцентом. Другие языки знаете?
– Французский.
– Прекрасно, отныне в разговорах с нами и другими агентами вы станете представляться, скажем, как Мишель Коста, на скандинава вы еще более не похожи, чем на француза или швейцарца.
– Хорошо.
– Встреча наша происходит главным образом ради того, чтобы мы знали друг друга в лицо. Это лучше любых паролей. Далее, чтобы вы понимали. Вы переданы в мое распоряжение. Связь у нас будет односторонняя. Думаю, что Сташевский вам все уже объяснил.
– Точно так.
– По оперативным вопросам будете контактировать с моим помощником, господином Барле. О методах и средствах связи договоритесь между собой сами. И еще: вы оба в Дании недавно, я вам в двух словах расскажу о менталитете местного народонаселения. В большинстве своем это довольно открытые и радушные люди, не чуждые ничего человеческого. Немцев они недолюбливают и не прочь подзаработать, работая против них. Поэтому вербовать их легко и приятно. Однако запомните один раз и навсегда: они так же легко могут сдать вас с потрохами, и вовсе не потому, что датчанам свойственно предательство. Нет. Они патологически не могут держать язык за зубами и хранить тайны. Вот уж где воистину все тайное становится явным, так это в Датском королевстве. Так что будьте бдительны, крайне скупо выдавайте информацию о себе, а лучше совсем не выдавайте. На этом все. Засим разрешите откланяться, а вы отужинайте, господа. В этом заведении неплохая кухня, по датским меркам, конечно.
На этом Лартинг покинул своих агентов, практически не дав им произнести ни слова. Безкровный находился под глубочайшим впечатлением от энергии своего нового шефа.
– Да-с, — только и произнес он.
– Впечатлились? Таков наш Барон. Паровой локомотив.
– Вы давно с ним знакомы?
– Более десяти лет. А он все такой же. Поверьте, работать под началом такого профессионала — большая удача. Сколько мы с ним всего прошли, роман написать можно, и не один. Однако, бог с ним, с романом, давайте договоримся, как будем контактировать с вами.
– Давайте.
Глава шестая
Секреты вдали от берегов
1914 год. Октябрь. Ревель
Ночь на двадцать пятое октября 1914 года выдалась отчаянно дождливой, но почти безветренной. Закутанные в непромокаемые черные плащи с капюшонами, почти невидимые на фоне окружающей темноты и низвергающихся потоков воды на борт миноносца «Пограничник» взошли несколько морских офицеров. Как только прибыл последний из ожидавшихся гостей, корабль отвалил от причальной стенки и направился в открытое море. В кают-компании миноносца собрались: начальник Особого делопроизводства Морского генерального штаба капитан второго ранга Михаил Иосифович Дунин-Барковский, начальник воздушного района Службы связи капитан второго ранга Борис Петрович Дудоров, радиотелеграфный флагманский офицер старший лейтенант Иван Иванович Ренгартен, начальник Службы связи капитан первого ранга Адриан Иванович Непенин, начальник оперативного штаба командующего морскими силами Балтийского моря капитан второго ранга Александр Васильевич Колчак, за принимающего хозяина был сам командующий силами Балтийского моря адмирал Николай Оттович фон Эссен.
– Добрый вечер, господа, — с улыбкой поприветствовал присутствующих адмирал. Небольшого роста, живой, Эссен, как всегда, искрил заразительной энергией. — Да-с, погода неважнецкая. Все продрогли и промокли, но морякам ли привыкать? Сейчас подадут чаю и коньяку, и приступим, не откладывая. Прошу вас, Александр Васильевич, ведите нашу встречу.
Предваряя недоуменные взгляды, Эссен пояснил.
– Я понимаю, господа офицеры, что это несколько против наших правил и совещание должен вести старший по званию, то есть я, но у меня второй день саднит горло, так что передаю бразды правления Александру Васильевичу. К тому же львиная доля забот по подготовке данного совещания легла на его плечи.
Так, в обстановке строжайшей секретности, в море, вдали от лишних глаз, без секретарей и протоколов началось это важнейшее совещание.
Колчак поднялся, сухощавый, довольно высокий, выглядел он по-аристократически безупречно. Александр Васильевич оглядел присутствующих и начал собрание весьма серьезным тоном.
– Господа, сегодня мы собрались, для того чтобы рассмотреть вопросы организации работы разведки флота в период начавшихся военных действий. Не стоит говорить о том значении, какое имеет разведывательная информация в сложившихся обстоятельствах, на которые накладывается и то, что противник имеет явный численный и во многом качественный перевес в силах и средствах. Попрошу высказывать свои соображения четко, без лишних сентенций. Начнем с вас, Михаил Иосифович. Начальник ОД доложит о состоянии дел в агентурной разведке. Пожалуйста, можно не вставать.
Колчак сел.
– Господа, — несколько откашлявшись, начал Дунин-Барковский, — на сегодняшний день нашими основными представителями в странах северной Европы являются военно-морские агенты в Швеции, Норвегии и Дании Сташевский и Безкровный. Этим офицерам, конечно, недостает опыта, поскольку изначально должность морского агента не подразумевает шпионажа в полном понимании этого слова. По крайней мере, это не основная задача. Однако им удалось не без помощи нашего глубоко законспирированного резидента, работающего под псевдонимом Барон, наладить сеть наблюдательных пунктов по побережью указанных стран. Кроме того, наблюдение за кораблями противника ведется с нескольких рыболовецких судов. Завербован и дает сведения один из сотрудников германского посольства в Дании, а также один из технических специалистов на базе в Киле, но тем не менее хочу с определенностью сказать, что ожидать большого
